передплата Українською | In English

№2, січень 2008

Слепой полет над гнездом элиты

Поділитися:

Политическая культура, по определению И. Полищука, это совокупность типовых, относительно устойчивых знаний, мнений, убеждений, ценностей и ориентаций [12].  Проецируя данное определение на научные труды украинских  политологов, было бы интересно узнать, какой уровень политической и научной культуры у политологов, занимающихся изучением проблем становления или трансформации украинской политической системы. В том числе, какие наиболее устойчивые знания и мнения политологов о становлении и противоречиях демократического общества, об основных элементах современной украинской политической системы.

Не один год в Украине продолжается дискуссия о причинах глубокого политического кризиса и противоречиях трансформации украинского общества, о путях выхода из этого кризиса и стабилизации политической системы. Упомянутым проблемам посвящаются не только монографии и статьи политологов и политтехнологов, но и международные, и всеукраинские теоретические и научно-практические конференции политологов и социологов.

Противоречия и сложности трансформации украинской политической системы обуславливаются не только давлением внешних сил и внутренними феодальными разборками олигархов, борющихся за единоличную политическую власть [10, с. 124]. Они обусловлены и нашей национальной бедой – отсутствием общей и политической культуры у украинской элиты [3]. Поэтому влияние аналитиков и экспертов на лидеров политических сил совершенно не заметно [4]. Как отмечает профессор Игорь Бураковский, в Украине углубляется разрыв между политикой и наукой, между политиками и учеными [2]. Именно поэтому политтехнологи вынуждены «…лепить новые демократические стандарты вслепую» [7].

Проблеме изучения уровня «слепоты» украинских политологов, в том числе вопроса методологического уровня и практической значимости политологических исследований во взаимосвязи с проблемами трансформации политической системы, посвящена методология и методика анализа научного уровня познавательной политологии [9]. В качестве генеральной совокупности объектов исследования, по этой методике, были взяты 170 политологических статей в  научно-теоретическом и общественно-политическом альманахе «Грані» за 2004–2007 годы.

Цель исследования – определить теоретико-методологический и идеологический уровень политологических исследований современной украинской политической системы, выявить взаимосвязь между теоретико-методологическим уровнем и практической значимостью политологических исследований, между методологическим уровнем исследований и вектором трансформации украинской политической системы. В том числе, влияние и практическую значимость политологических исследований в преодолении перманентного политического кризиса 2004–2007 годов.

Данная статья посвящена результатам анализа (в том числе и контент-анализа) политологических исследований по вышеуказанной методологии и методике. Выборочная совокупность составляет 23 статьи, в которых исследуется современная украинская политическая система в целом или ее отдельные элементы во взаимосвязи с процессами трансформации.

Методологической основой сравнительного анализа политологических исследований является системный анализ, а в основе методики нашего исследования использованы следующие показатели контент-анализа:

1. Основная единица измерения уровня теоретико-методологического обоснования цели (проблемы или тематики) анализируемого политологического исследования. Наивысший балл (5 баллов) соответствует наибольшему количеству ссылок на источники (пять и более источников) при теоретическом обосновании цели (темы) исследования.

2. Категория «Функция политологического исследования».

3. Категория «Политическая идеология».

4. Единица измерения методологического уровня системного подхода.

5. Единица  измерения уровня материальных гарантий политики.

6. Категория «Вектор трансформации политической системы».

7. Показатель уровня взаимодействия украинской политической системы с внешней системой.

Кроме вышеуказанных единиц измерения методологического уровня и системного подхода, при сравнительном анализе политологических исследований использовался также интегральный показатель «Авторский индекс методологической парадигмы исследования политической системы». Этот индекс рассчитывался на основе суммирования оценок (в баллах) по трем показателям:

а) уровень теоретико-методологического обоснования;

б) уровень системного подхода;

в) уровень материальных гарантий политики.

Из всех приведенных шкал измерения наименее устойчивой (после пилотажного исследования) оказалась шкала измерения вектора трансформации. В процессе теоретического обоснования и пилотажного исследования была выбрана широкая шкала категорий – 11 векторов трансформации [9]. Последующий контент-анализ (23 статьи) выявил наличие менее узкой шкалы векторов (направлений) трансформации украинской политической системы.

Научная актуальность такого методологического подхода вызвана необходимостью более четкого определения основных параметров категориально-понятийного аппарата, с помощью которого исследуется современная украинская политическая система, а также недостатками научных исследований переходного периода. К последним относится методологическое обеспечение, в том числе ситуация так называемого методологического плюрализма, порождающая хаос мнений относительно действий,  развертывающихся в социально-политической среде [8].

Результаты анализа

1. Общий средний уровень теретико-методологического обоснования политологических исследований украинской политической системы составил 3,8 балла  (на четыре с минусом по пятибалльной шкале измерения).

2. Анализ категорий функции политологических исследований показал преобладание познавательной (61%) функции и минимальный уровень (21%) рационализаторской функции.

3. Категория политической идеологии показывает не только уровень идеологической ориентации политологов при анализе трансформации украинской посткоммунистической системы в демократическую (либерализм, консерватизм, социализм или национал-демократизм), но и уровень политической и научной культуры исследователей политической системы, их знание идеологических основ демократического общества. К сожалению, исследователи современной трансформирующейся украинской политической системы не уделяют надлежащего внимания ее идеологической основе. В то же время это –  необходимый элемент не только любой демократической системы, но и возможный вектор трансформации демократического общества под воздействием единой, долговременной и целенаправленной политической власти. А результаты исследования одновременно показывают и высокий уровень демократической безыдейности (61%) исследователей, и низкий уровень либерализма (5%) и национал-демократизма (5%) при относительно среднем уровне социализма (21%).

4. При измерении методологического уровня системного подхода общий средний уровень составил 2,3 балла (то есть «двойка» по пятибалльной шкале). Такой уровень системного подхода был бы уместен при рассмотрении исследователями цивилизационного или синергетического подходов в анализе политических процессов. Но игнорирование (за редким исключением) системных подхода и анализа в исследовании современной украинской политической системы свидетельствует о «системной слепоте» большинства  политологов, изучающих различные аспекты функционирования или трансформации современной украинской политической системы. В ее исследовании лишь 17% политологов использовали системный подход и системный анализ.

5. Еще более низкий общий средний уровень (1,9 балла) получен при измерении уровня материальных гарантий политики. При разработке методики измерения уровня  подразумевалось, что политика – не только концентрированное выражение экономики. В то же время это и демократическое развитие политической системы, в котором каждый человек был либо реально способен своими действиями поддерживать свою жизнь и жизнь своей семьи, либо, как исключение, получать средства к существованию непосредственно от общества, где жизнь человека, высокий уровень рождаемости и продолжительности жизни является наивысшей ценностью [9, с. 13]. Но такое жизнелюбие и заботу о материальных гарантиях политики проявили только 17% исследователей.

6. Анализ вектора трансформации современной украинской политической системы показал: большинство исследователей (65%) отмечают демократический вектор трансформации. Гораздо меньше отметили общесистемный (17%) и региональный (9%). Некоторые исследователи указывают более точное направление вектора: от советской – тоталитарной к «незалежной» – демократической [5].

7. Известно, что только некоторым политическим системам удается выжить независимо от окружения, влияющего на них  [6]. Таким образом, внимание исследователей украинской политической системы должны привлекать особенности ее взаимодействия с внешней системой, в том числе воздействия на Украину с Востока и с Запада. Однако, как показал анализ, указанные особенности политических систем редко учитываются в теоретических построениях отечественных политиков. В нашем исследовании эти особенности рассматриваются в следующей шкале измерения:

а) взаимодействия с преобладанием внешнего воздействия на трансформацию украинской политической системы;

б) с преобладанием внутренних факторов;

в) с равномерным воздействием внешних и внутренних факторов;

г) автор не рассматривает внешнюю систему и ее воздействие на трансформацию украинской политической системы.

Вышеуказанные особенности внешнего взаимодействия по результатам нашего анализа проранжированы следующим образом:

г –  69%,   в – 13%,    а – 9%,    б – 9%.  

Следовательно, значительное большинство политологов (б+г = 9% + 69% = 78%) в своих теоретических построениях модели политических процессов не считают целеобразным учитывать воздействие внешней системы. По их мнению, глобалистские и геополитические парадигмы, а также внешнее воздействие не имеют никакого отношения к динамике политических процессов в Украине, а трансформация отечественной политической системы происходит без возмущающих воздействий окружающей среды.

8. По результатам анализа значений вышеуказанных показателей предпринята попытка определить количественные параметры политологической модели методологической парадигмы современной украинской политической системы. В частности, был разработан авторский индекс методологической парадигмы политологических исследований политической системы на основе среднеарифметических значений показателей:

№ 1. Уровень теоретико-методологического обоснования.

№ 4. Уровень системного подхода.

№ 5. Уровень материальных гарантий политики.

Средний авторский индекс (по 23-м исследованиям) равен 8 баллам (186 баллов : 23). При этом усредненный уровень этих показателей составляет 2,7 балла (8:3). Учитывая пятибалльное значение шкалы измерения каждого из упомянутых показателей, можно уверенно говорить о «слепом» теоретическом полете большинства украинских политологов (из выборочной совокупности) над эмпирическими фактами и явлениями политической жизни Украины, над основными процессами трансформации украинской политической системы, над оценкой деятельности украинской политической элиты и власти.

В то же время следует отметить некоторых политологов, сумевших с достаточно полным и объективным методологическим обоснованием провести исследование основных процессов и элементов трансформации современной украинской политической системы. Это в первую очередь профессор А. Чемшит, чье исследование [15] получило наивысший балл по всем трем показателям теоретического обоснования и наивысший авторский индекс методологической  парадигмы политологических исследований – 15 баллов. Менее высокий авторский индекс (12 баллов) у Л. Дюльберовой [5] и О. Стаценко  [14].

Рассматривая в целом значения авторского индекса методологической парадигмы, на анализе сравнения разброса значений индекса от среднего (8 баллов), необходимо выделить три группы авторов:

а) с высоким уровнем индекса, более 8 баллов – 8 человек (35% от выборочной совокупности). Из этой группы лишь четыре исследования имеют значение  индекса от четырех баллов и выше. Остальные исследования получили меньшее значение индекса;

б) со средним уровнем индекса (на тройку) – 5 человек (21%);

в) с низким уровнем индекса (на двойку) – 10 человек (43%).

Приведенные данные показывают: только 4 исследования (17% от выборочной совокупности) имеют высокий уровень теоретического индекса политологических исследований (на оценки «4» и «5»). Корреляция значений индекса и научного звания (должности) продемонстрировала, что не всегда высокий уровень научного звания и степени автора соответствует высокому уровню теоретического индекса (в анализируемой статье). Так, в группе с высоким уровнем индекса (4 балла) отмечено исследование аспирантки Дюльберовой Л. Я. В то же время в группе со средним и низким уровнем индекса довольно широко представлены авторы с высоким уровнем научного звания и степени. Из 19 авторов исследований со средним и низким уровнем индекса (меньше 4-х баллов) научные звания и степень имеют 12 человек (заведующий кафедрой, доценты, кандидаты наук, научный сотрудник НАН Украины).

Научная новизна

Как отмечалось в методологической парадигме данного исследования [9], в разделе «Разработка темы», в украинской политологии наиболее близко к теме нашего исследования подошел профессор А. Чемшит, анализирующий теоретико-методологические основания исследований политических процессов, систем и демократии [15]. В то же время следует отметить недостаточную и нерепрезентативную источниковую базу при сравнительном анализе политологических исследований – всего пять источников (исследований) современных украинских ученых проанализировано на основании шести показателей (пунктов) исследования политического процесса. Причем не все шесть показателей анализируются в каждом источнике (исследовании). Это говорит о фрагментарности вышеуказанного сравнительного политологического исследования.

Такой же фрагментарностью отличается и сравнительное исследование проблемы политического участия (по публикациям украинских ученых) доцента В. Бортникова [1]. Хотя в этой работе и больше анализируемых публикаций (16 источников), но гораздо меньше ключевых слов, а тем более показателей политического процесса, по которым одновременно анализируются и сравниваются все 16 публикаций.

Таким образом, налицо «белое пятно» в политологических сравнительных исследованиях, в частности в контент-анализе современного состояния  украинской политической системы. Однако уже можно говорить и о первой попытке комплексного и системного подхода к сравнительному анализу политологических исследований политических процессов и систем, когда анализ и выводы делаются с помощью объективной и представительной источниковой базы, на основе генеральной и выборочной совокупности объектов исследования.

Вторым и важным элементом научной новизны данного исследования является попытка разработки количественных параметров модели методологической парадигмы политологических исследований, в том числе авторского индекса методологической парадигмы исследования политических систем и процессов.

Третьим элементом научной новизны является достигнутый фиксированный уровень методического обеспечения контент-анализа в сравнительных исследованиях политологических публикаций, когда возможен комплексный количественный анализ значительного количества публикаций (более двадцати) по всем восьми параметрам исследования политических процессов (систем). И в итоге получаем количественную модель политических процессов (систем) из 160 прозрачных и проверяемых показателей.

Четвертым элементом научной новизны является переход от простых количественных измерений конкретных показателей политического процесса (элементов политической системы) к более сложным количественным  измерениям – комплексному индексу методологической парадигмы. Такой количественный подход, на более представительной базе, создает предпосылки для более объективной оценки качественных изменений процесса трансформации украинской политической системы на основе конструирования новых комплексных моделей политических процессов.

И, наконец, пятый элемент научной новизны – новый, более объективный взгляд на ход политических процессов, основанный на тандеме системного подхода и контент-анализа. Этот методологический тандем позволяет глубоко и репрезентативно подходить к изучению политических процессов, в том числе к исследованию причин глубокого политического кризиса и дестабилизации политической системы (2004–2007 гг.). Поскольку данный тандем основан на более сравнимой и репрезентативной источниковой базе за счет одновременного сравнения и анализа политических  процессов сразу по нескольким показателям. Следовательно, в отличие от монографического подхода, наш методологический подход меньше зависит от субъективистского подхода в связи с привлечением к анализу гораздо более широкого круга источников и авторов с различными мировоззренческими взглядами на политическую историю.

Некоторые выводы

Нижеприведенные выводы являются предварительными и требуют дополнительной проверки на репрезентативность. Тем не менее они более объективны, нежели гипотезы на стадии нашего пилотажного исследования [9].

Сопоставим эти выводы с выводами других ученых и политологов, рассматривающих аналогичные политические процессы и проблемы.

1. В первую очередь хотелось бы остановиться на уточнении понятия «политическая культура» и его взаимосвязи с политической идеологией. Как уже отмечалось, существует классическое определение политической культуры, которое определяется совокупностью типовых, относительно устойчивых знаний, мнений, убеждений, ценностей, ориентаций и образцов поведения [12]. Такой подход соотносится с познавательной функцией политологического исследования, имеющей более теоретическое знание в сравнении с другими функциями политологического исследования [13]. Другие исследователи, исходя из реального состояния украинской культуры (когда коммунистическая культура еще не исчезла, а демократическая только рождается), подчеркивают взаимную связь формирования новой политической культуры с новой политической идеологией. Например, с либерализмом. Такая конкретная политологическая практика  характеризуется  как   функция рационализации политической системы.

Рассматривая в ракурсе вышеизложенного исходные параметры украинской политической системы, мы связываем низкий уровень политической культуры украинской политической элиты [3, с. 23] с минимальным отражением в политологических исследованиях новых идеологий демократического содержания  (либерализм и консерватизм).

То есть, формирование новой политической культуры у нас в стране происходит, в основном, на безыдейной недемократической основе (69%), и только социалистическая идеология заняла соответствующее ей место в политологических исследованиях  (21%). Но сегодня, в связи с непрохождением Социалистической партии в новый  парламент, резко упали шансы на дальнейшее формирование новой политической культуры на демократической основе. Естественно, в высших эшелонах политической власти не остается субъекта идеологического воздействия по формированию в стране нового демократического сознания на основе демократической идеологии. Такова первая предпосылка дальнейшего существования посткоммунистической политической системы, выживающей сегодня благодаря популистским предвыборным лозунгам.

2. Уровень материальных гарантий  политики определяется составляющими модернизационного синдрома  [9, с. 13], в том числе гарантией демократического распределения доходов для обеспечения витальных потребностей большей части общества. А также гарантией идентичности гражданского общества со значительной представительностью среднего класса. То есть, в соответствии с демократическим вектором трансформации украинской политической системы политическая власть должна принимать как можно больше законодательных актов по развитию рыночной экономики, среднего и малого бизнеса. И обеспечить стратегическое и поступательное движение государственного механизма в сторону демократических и рыночных преобразований, свободных от жестких ограничений со стороны олигархических группировок.

3. Одной из причин, обуславливающих низкий уровень политической культуры, в том числе и недостаточный теоретико-методологический уровень политологических исследований, является отсутствие комплексного системного подхода в изучении политических процессов, особенно в анализе динамики и статики трансформации украинской политической системы. В нашем исследовании, в выборочной совокупности статей политологов, средняя оценка уровня системного подхода составляет 2,3 балла. Эта полновесная «двойка» коррелирует с минимальным взаимодействием, по мнению политологов, украинской политической системы с внешней системой. Так, почти в 2/3 исследований политологи вообще не рассматривают взаимодействие с внешней системой, с внешней политикой.

Подобное отрицательное отношение политологов к системному подходу также коррелирует  с несистемной работой политической власти. Как отмечает профессор Василий Лемак, отсутствие системности в работе парламентско-правительственной коалиции приводит к безрезультативности на всех направлениях: «В Украине целенаправленно не проводилась  ни конституционная, ни административная, ни судебная реформа» [11]. Такова третья предпосылка бессистемной деятельности политической элиты, не желающей трансформировать посткоммунистическую политическую систему. К глубокому сожалению, такая «политическая воля» элиты «зомбирует» значительную часть политологов,  исследующих политическую систему и выхолощенно декларирующих демократический вектор трансформации этой системы без глубокого описания системообразующих факторов, без объективного рассмотрения сигналов «входа» и «выхода» в политической системе.        

4. Рассуждая о других основных характеристиках посткоммунистической политической системы, требующих более детального исследования и последующего включения в основные параметры категориально-понятийного аппарата, в первую очередь следует отметить почти тотальную «теневизацию» политического и экономического пространства [5]. Что обусловило возникновение нелегального политического рынка и конституирование политического режима, основными субъектами которого являются коалиции (консорциумы) из среды политической и деловой элит [5, с. 135]. Таким образом, перед исследователями стоит задача подтвердить или опровергнуть эту тотальную характеристику на основе нового сравнительного исследования, с использованием новых и репрезентативных источников. А также подтвердить или опровергнуть гипотезу о ничтожно малом влиянии политологов на формирование политической культуры украинской политической элиты, на преодоление перманентного политического кризиса 2004–2007 годов.  


Джерела

1. Бортніков В. І. Проблема політичної участі в теорії демократії (за публікаціями українських учених) // Грані. – 2007 – № 4. – С. 122–125.

2. Бураковский Игорь. Путь России в ВТО: Выводы для Украины / Еженедельник «Зеркало недели», 30.06.2007. – С. 4.

3. Выдрин Дмитрий. Наша беда – в отсутствии культуры на уровне уборки как подъезда, так и политических «авгиевых конюшен» // Бизнес. – 2006. – № 31. – С. 22–23.

4. Доний Олесь. Ющенко не следует вмешиваться в конфликт коалиции с оппозицией // Бизнес. – 2006. – № 27. – С. 18-19.

5. Дюльберова Л. Я. Национальная интеграция современной Украины // Грані. – 2005. – № 6.– С. 131–136.

6. Истон Д. Категории системного анализа политики / Политология: Хрестоматия / Сост. Исаев Б. А., Тургаев А. С., Хренов А. Е. – СПб.: Питер. – 2006. – С. 95.

7. Карасев Вадим. В период реформирования политическая система требует тщательного тюнинга // Бизнес. – 2006. – № 28.– С. 15.

8. Карчевська О. В. Методологічні засади дослідження процесу інституціоналізації громадянського суспільства в Україні // Грані.– 2006.– № 4.–С. 130.

9. Кузеванов Віталій. Методологічні принципи політологічного дослідження // Biчe. – 2007. – № 21–22. – С. 13–15.

10. Кузеванов В. М. Трансформация  или деградация политикума: к попытке нахождения политологического регионального консенсуса / Методология проблемы // Гуманітарний  журнал.– 2005.– № 3.– С. 122–125.

11. Лемак Василий. Уроки для коалиции номер два / Попытка анализа деятельности парламентско-правительственной коалиции 2006–2007 годов/ Еженедельник «Зеркало недели», 03.11.2007. – С. 2.

12. Поліщук І. О. Ґенеза та сучасність концепції «політичної культури» // Грані.– 2005. – № 4. – С. 128.

13.  Пушкин В. Е. и др. Политология для всех: Учебное пособие в двух частях. Часть 2: Политология в вопросах и ответах. – Днепропетровск, ОАО «Днепркнига», 2002. – С. 42–43.

14. Стаценко О. С. Демократия как общесоциальная ценность // Грані. – 2006. – № 4.– С. 118–120.

15. Чемшит А. А. К вопросу о теоретико-методологических основаниях исследования политических процессов // Грані. – 2004.– № 4. – С. 103–109.

Автор: Виталий КУЗЕВАНОВ

Коментарі

Заповніть поля відмічені червоним!

Додати коментар

Увійдіть в систему, використовуючи аккаунт соціальної мережі:
Коментар:

Поля відмічені *(зірочкою) обов'язкові для заповнення.

Плакат - брат барикад

Архів журналу Віче

Віче №15/2016 №15
Реклама в журналі Інформація авторам Передплата